Кирилл Варламов, директор ФРИИ, председатель общего собрания членов Ассоциации участников рынка интернета вещей: «Торговля данными должна быть разрешена»

Большинство тех, кто собирает данные, собирают мусор

Капитализация компаний, работающих с большими данными на российском рынке, равна 40 млрд долларов. Однако рынок находится в нерегулируемой зоне: что-то законно, что-то точно незаконно, на рынке работают какие-то иностранные игроки, обрабатывающие наши данные неизвестно где. Мы во ФРИИ боимся потери рынка: если рынок не отрегулировать, установив правила игры, никто не инвестирует ни деньги, ни усилия ни в сбор, ни в обработку данных. Большинство тех, кто собирает данные, собирают мусор. По-настоящему хорошие данные никто не будет собирать, пока на этом нельзя будет зарабатывать, потому что сбор данных требует серьезных инвестиций.

Мы полтора месяца обсуждаем повестку и тезисы потенциального регулирования данных. На наш взгляд, торговля данными должна быть разрешена. Кроме случаев, когда это персональные данные, когда это угроза государству, терроризм или что-то еще.

Леонид Левин, депутат Госдумы VI и VII созывов, председатель Комитета Госдумы по информационной политике: «Большие данные – это колоссальный резерв для роста ВВП»

Пользовательские данные - это репутация бизнеса, и неаккуратное их использование может нести риски для компаний и самих пользователей.

У нас везде используются технологии и программы, разработанные за рубежом, и это является одним из серьезных вызовов и угроз для нашей страны. Поэтому разработка мер, направленных на введение собственных разработок, является ключевой задачей, и государство не будет оставаться в стороне. Мы понимаем, что большие данные – это колоссальный резерв для роста ВВП.

Нет закона, регулирующего большие данные, при том, что это вопрос национальной безопасности

Нет закона, регулирующего большие данные, при том, что это вопрос национальной безопасности. Защита от злоупотребления должна быть всеобъемлющей. Факты нарушения вскрываются, они существуют, но они единичны, не потому что их мало, а потому что Роскомнадзор не достаточно эффективно отрабатывает эту ситуацию.

Активно обсуждаются два вопроса: должно ли быть саморегулирование или роль государства должна быть ключевой. Те нарушения, которые уже зафиксированы, внушают нам опасения, что СРО работать не будет. Государство должно установить правила. Наша задача - найти компромисс между отраслью и гражданами, которые должны быть уверены, что информация, которую они оставляют, не будет использоваться против них.

Важно понимать разделение между большими данными и персональными данными.

Главное - избежать рисков, шантажа, использования данных пользователей в противоправных целях. Госдума готова к предметному диалогу и обсуждению регулирования использованию больших данных.

Руслан Ибрагимов, вице-президент по корпоративным и правовым вопросам ПАО «МТС»: «Нам мешает положение о тайне связи»На сегодняшний день рынок больших данных в России еще не сложился, но потенциал большой, мы его чувствуем и создаем подразделение для будущего. Сейчас мы используем данные в собственных целях. Нет четко выраженных покупателей этой продукции, все присматриваются друг к другу и строят планы.

Нет четко выраженных покупателей этой продукции, все присматриваются друг к другу и строят планы

Большие данные делятся на две категории: данные, которые мы получаем от людей, и данные, получаемые от машин. Первая категория мало коммерциализируется, а вторая – высоко коммерциализированна, и дальше эта тенденция будет развиваться. С развитием интернета вещей будет накапливаться больше данных, представляющих интерес для компаний и госаппарата. Если мы говорим о том, как помочь развиваться рынку больших данных, то, в первую очередь, надо посмотреть, необходимо ли регулирование рынка интернета вещей. С нашей точки зрения: да.

Что касается данных, которые мы собираем от людей, нет необходимости вводить в оборот дополнительные меры, существует закон об информации (прим: Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»), в котором все сказано. Если говорить о телеком-отрасли, нам мешает положение о тайне связи. Мы живем в правовом парадоксе: закон «О связи» содержит статью о тайне связи, однако эта статья не содержит определения тайны связи. Это главное препятствие для операторов на пути входа в рынок. Толчок рынку больших данных могут дать поправки в закон «О связи» и наведение порядка в определении того, что такое тайна связи. Есть смысл в саморегулировании.

Джордж Хелд, вице-президент по развитию цифрового и нового бизнеса ПАО «Вымпелком»: «В России происходит дискриминация российских компаний»

Очень важно, чтобы мы разделили большие данные и большие пользовательские данные

Мы смотрим на большие данные с несколько другой стороны. Мы считаем, что использование понятий продажи данных совершенно неправильное. Мы видим, что сейчас люди ожидают, что оператор связи сможет предоставлять им таргетированную информацию, когда им это нужно, и это будет выступать драйвером отношение людей с миром. Мы ищем, как сделать эти отношения более элегантными и эффективными. Мы вложили большие деньги в создание инфраструктуры и рабочих мест. Оборудование находится в Ярославле и Новосибирске, покрывает всю территорию страны. Очень важно, чтобы мы разделили большие данные и большие пользовательские данные.

Российские компании дискриминируются против иностранных. Данные о клиентах, собираемые в России, должны обрабатываться в России. В России происходит дискриминация российских компаний.

Игорь Ашманов, управляющий партнер компании «Ашманов и партнеры»: «Нужно все делать бегом, большими прыжками»Я не согласен с тем, что нет рынка больших пользовательских данных. Это огромный рынок, там ходят большие деньги, он существует, но он серый. Операторам нужно запретить продавать данные, потому что операторы – это транспорт.

Пользовательские данные всеми собираются, продаются и перепродаются уже несколько лет. Это делают, в первую очередь, западные компании – те, у кого есть операционка, поисковик, почта. Также это делают те, кто не взаимодействуют с пользователями, например, владельцы камер на улицах.

Все боятся тронуть иностранные компании. И поэтому может быть принят закон, который никому не понравится, как не понравился закон Яровой. Я не согласен с тем, что нужно ждать развития рынка. Что-то произойдет в осеннюю сессию, и запас времени небольшой. Наши спецслужбы проведут какой-то закон, если мы не поучаствуем в этом процессе. Нужно все делать бегом, большими прыжками, иначе мы не успеем в этот поезд, и там примут что-то типа закона Яровой. Времени совершенно нет.

Борис Ким, Ассоциация развития финансовых технологий: «Аналитика больших данных в платежах - это незрелый продукт»

Аналитика больших данных – это очень перспективная технология

Аналитика больших данных – это очень перспективная технология. В переводе на русский язык «перспективная», значит, «незрелая». Аналитика больших данных в платежах - это незрелый продукт. Практически это мешает развитию рынка и активным вложениям. Эта область не созрела для серьезного регулирования. Правила должны быть едиными для всех участников рынка – не только российских и иностранных, но больших и маленьких. Давайте попытаемся при регулировании, а оно важно, не выплеснуть ребенка вместе с водой.

Екатерина Шапочка, член Экспертного совета при Правительстве Российской Федерации, исполнительный директор Фонда «Аналитический центр «Форум»: «Нужно договориться, какими кусочками свобод мы готовы пожертвовать»Этическая дискуссия должна идти впереди законодательного регулирования. Мы должны договориться о том, что считаем этическим благом, определиться, какими кусочками свобод мы готовы пожертвовать ради общественного блага.